ФСБ России решила порадовать нас историческими сенсациями и выложила на всеобщее обозрение рассекреченные документы о последних днях гитлеровского режима. Если бы у Гитлера был свой блог, то последние записи выглядели бы примерно так: «Сегодня опять всё плохо, война не клеится, а руки трясутся сильнее, чем у студента на экзамене по философии». А вот генерал Гельмут Вейдлинг, командующий обороной Берлина, судя по стенограмме допроса, оказался человеком прагматичным — он понял, что сопротивляться бессмысленно и решил сдаться.
Наверное, подумал: «Если фюрер уже ушёл в мир иной (самоубийство – дело нехитрое), то и я могу отдохнуть».
Представьте себе ситуацию: вокруг тебя — хаос, город окружён советскими войсками, а ты должен организовывать оборону. Звучит как попытка устроить пикник во время торнадо. Вейдлинг принял решение капитулировать 2 мая 1945 года — как говорится, лучше сдаться красиво, чем погибнуть бесполезно.
Кстати, его слова про освобождение от присяги после самоубийства Гитлера напоминают анекдот про студента: «Профессор сказал сдать экзамен или уйти навсегда. Я решил уйти навсегда — теперь свободен!»
Берлин пал под ударами Красной армии именно в эти майские дни. Наступление началось 16 апреля 1945 года – два фронта ударили танковыми армиями так мощно, что немцы даже не успели толком понять, что происходит.
Историк Владимир Макаров пояснил это просто: «Красная армия с двух сторон фактически окружила Берлин». Можно представить себе немцев в тот момент — как кота в мешке: пытаешься выбраться наружу, а весь мешок трясётся.
Немецкий план обороны был амбициозным – контратака с целью уничтожить советские войска. Но тут случился казус: боевая группа Штайнера получила приказ идти на Берлин и… решила повернуть назад и сдаться союзникам.
Это примерно как если бы футбольный тренер сказал забивать голы, а команда решила пойти попить чай на трибунах.
В самом Берлине защитники были далеко не элитными войсками — в основном Фольксштурм и административные службы СС. То есть те самые люди, которые обычно занимались бюрократией и бумажками вдруг оказались на передовой – можно представить их лица: «Мы тут подписываем бумаги о налогах и вдруг такие дела!»
Гельмут Вейдлинг описал последнюю встречу с Гитлером очень живописно: «Он был как живой труп».
Представьте себе этого человека за столом с картами боя; руки дрожат так сильно, что карты могли улететь в окно вместе со стратегическими планами. Кто-то пошутил бы: «Фюрер явно перепил кофе перед встречей».
Этот эпизод напоминает старую шутку из армии: когда командир настолько нервничает перед боем, что его трясёт сильнее солдат после ночного дежурства без сна.
К сожалению для немцев (и к счастью для всего мира), планы Гитлера были обречены на провал. Вскоре стало ясно даже самому Вейдлингу – этот замысел бесперспективен.
Так прошли последние дни Берлина — город оказался запертым между молотом Красной армии и наковальней немецких ошибок командования.
А генерал Вейдлинг сделал единственно разумный шаг – сложил оружие и перешёл линию фронта.
Если бы история писалась в стиле комедии положений дел было бы меньше драматизма и больше смеха над абсурдом ситуации – ведь иногда реальность оказывается смешнее любого анекдота. Но несмотря на весь трагизм событий именно благодаря решительности таких людей мы можем сегодня вспоминать историю без страха и паники.